Category: психология

Жила-была девочка, сама виновата. От наивной дурочки к зрелой женщине

У меня в руках - прекрасная книжка про любовь, написанная опытным практиком, мудрой женщиной и хорошим писателем - в одном лице. Поверьте, это редкость! Практикующие психологи не обязаны быть литераторами, а тут - совпало!

Я взахлёб глотаю главу за главой - и мне всё ложится на душу! Всё мне близко и понятно, всё вызывает эмоциональный отклик! И так прекрасно тёплым летним вечером впитывать эту науку о любви! Не художественный вымысел и романтические фантазии, а живую жизнь, истории реальных людей. Такое чтение - настоящий кайф!
Лиза Питеркина (с).


Книгу можно купить здесь
https://www.labirint.ru/books/672653/

Сценарии сфабрикованного счастья:альфа-самцы и железные леди

В сентябре  в Москве прошёл семинар оратора-вдохновителя, бизнес-тренера , автора бестселлеров по лайф-коучу  Тонни Роббинса.

Полный аншлаг при высоком ценнике. По завершению как сами участники, имевшие "счастье" лицезреть и слушать гуру, так и специалисты гуманитарного направления стали размышлять о сеансе массового гипноза, на котором, в отличие от Воланда и его свиты, прописные истины озвучивались всего лишь за каких-то за полмиллиона рублей в партере.

На волне всеобщего возмущения обратила внимание на это событие. Где-то на периферии сознания феномен востребованности готовых формул успеха продолжал волновать. Ещё раз обратиться к этому явлению и, хотя бы для себя лично ответить на вопросы ажиотажного спроса на Тонни Роббинса и ему подобных,  заставила небольшая статья моего университетского преподавателя, заведующего кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ, академика РАО Александра Григорьевича Асмолова «Конвейер сфабрикованного счастья: спринтеры с психологией временщиков».

Александр Григорьевич упоминает работу одного из знаковых психологов двадцатого столетия Эриха Фромма, исследовавшего конформизм и нонконформизма личности в мире денег. В 1950 году   Фромм публикует статью «Дианетика, или Искатели сфабрикованного счастья», посвященную Рону Хаббарду, родоначальнику культа успеха в формате массового потребления.  Харизма, личность, скроенная по лекалу общества потребления, в которой практически нет места индивидуальности, уникальности личности.

Я не хочу его судить: он просто упаковал многие примитивные приемы из разных техник личностного роста.

Процесс деформации личности, отказ от индивидуальности может начаться с невинных фраз: «Соберись, тряпка!», «Ты что нюни распустил(а)?», «У соседки с верхнего этажа дочь одни «пятёрки» получает» и т.п. Дальше включается уже социальная идеология, декларирующая маскулинные модели успеха «Ты – лидер, альфа-самец. Ты-тот, кто может победить другого!», «Ты - самая, самая… если купишь…».

На портике античного храма в Дельфах написано «Познай себя», точно такая же надпись на двери Пифии культовой «Матрицы». Познавшие личные глубины, источники психологических проблем редко становятся участниками массовых психозов общества потребления, манипулирующего комплексами неполноценности, сформированными в детстве.

У каждого человека личная история, степень её драматичности может варьировать, но не всегда внутренние конфликты разрешаются с помощью прописных истин, озвученных толпе на стадионах.

Если мы посмотрим на пирамиду потребностей Абрама Маслоу, то можно без особого труда отметить, что спикеры-мотиваторы обращены к первым уровням удовлетворения базовых потребностей. Но, например, немецкие психологи уже перевернули пирамиду потребностей, обозначив в качестве первичных потребностей – самореализацию личности.

Поиски гуру с готовыми рецептами решения психологических проблем, как и лидеромания, символы деформации общественного сознания, производными  которых являются жажда личного успеха.

Противоречие в том, что при таких установках, задаваемых дрессировщиками человеков, мы хотим победить остальных, оставаясь частью толпы.

Невроз гарантирован, но счастье, как уникальное состояние, маловероятно.

Понять, простить себя, сделать личную историю достаточно хорошей , отделив себя от деструктивных родительских программ и сценариев жизни, навязанных социумом.

Отправиться в глубины подсознания, найти живую и мёртвую воду для личностной трансформации - длительный, кропотливый  процесс.  Открою секрет, средневековые алхимики в поисках философского камня , открывали золото своей души, обретали бессмертие в единстве с Богом.

Обретая самодостачность, мы способны прорасти эдельвейсами в пустыне Сахара, магнолией на  берегу Ледовитого океана. Росток может пробить толщу асфальта, если он понимает, что он - росток.

Понимаю, что критикуя общество потребления, предлагаю свою книгу. Но я вложила в неё душу, как бы это пафосно не звучало, которая о поисках и становлении подлинного Я.

Книгу можно приобрасти на сайте ИД " Питер", "Озоне", "Лабиринте"
https://www.piter.com/collection/psihologicheskaya-literatura/product/zhila-byla-devochka-sama-vinovata-ot-naivnoy-durochki-k-zreloy-zhenschine?fbclid=IwAR3LKyyrv24pU7PRfXtp87pdjD
https://www.ozon.ru/context/detail/id/148156936/

https://www.labirint.ru/books/672653/
Хорошего чтения, всегда Ваша Гузель

Гарри Поттер отменяется, или почему чёрные лебеди нападают внезапно

Обращаясь за помощью к психологу, психотерапевту люди часто ждут чуда, специалист взмахнёт волшебной палочкой, и деньги, власть, любовь посыплются как из рога изобилия. Это далеко не так, хотя улучшение качества внутренней жизни, как правило, ведёт и к повышению качества внешней. 

Многие так называемые психологи считают, что не стоит копаться в прошлом, раздувать детские травмы и прятаться от реальной жизни в кабинете психотерапевта. Соглашусь, что такое имеет место быть. Но прийти на личную психотерапию, чтобы незнакомому человеку рассказать о самом больном, стыдном, о котором даже и думать то страшно – это очень мужественный поступок. Я в личную терапию пришла в 45 лет, и сейчас жалею, как и многие мои клиенты, что не сделала этого раньше.

Collapse )

Красный. Девочка.Девушка.Женщина.Старуха.

Лет десять тому назад прочитала у Клариссы Эстес:" Я стою на площади мёртвого города, завязывая красные башмачки:они – не мои,а моей матери. А прежде – её матери.Их передают по наследству,но прячут, как постыдные письма.Дом и улица, откуда они родом,скрыты, и все женщины тоже скрыты..." Красное, красный - цвет, маркирующий этапы развития женщины. Девочка.Девушка.Женщина.Старуха. Об этом не принято говорить, вымывание нуминозности красного цвета в современном мире, возможно одна из причин, по которым наш мир становится похож на гигантскую свалку фейковых новостей, использованных пластиковых пакетов и прокладок.
Десакрализация красного, делегирование ответственности за качество жизни мужчине, неукоснительное следование Персоне, регламентирующей «примерное поведение» в социуме – три кита, на которых покоится с миром наша женственность.

Нарциссизм как патология чувств


4.1. Особенности нарциссической депрессии


Уже З.Фрейд в работе «Печаль и меланхолия» (1917) связывает меланхолию с выбором объекта на нарциссичес­кой основе. Им же предлагается понятие «нарциссической раны» как длительного нарушения самочувствия при утрате любви и неудачах («По ту сторону принципа удовольствия», 1920). В современных исследованиях выделяются три основ­ные причины депрессии: потеря, нарциссическая рана и эндогения. Для Х.Кохута и психологии Я причина депрес­сии не имеет значения. Депрессия объясняется врожденной, либо появившийся в результате дефицитарного развития, неспособностью активизировать или сохранять контакт с Я-репрезентациями, связанными с позитивными аффектами. Кохут обнаружил, что у его пациентов в раннем детстве частыми были разрывы эмпатической созвучности с роди­телями. Именно поэтому эмпатия терапевта становится ус­ловием реактивизации контакта с позитивными аффективно-окрашенными Я-репрезентациями. Впоследствии у па­циентов развивается способность активизировать «хорошие» Я-объекты в автономном функционировании. Отличие под­хода Кохута к психотерапии депрессии от классического фрейдистского заключается в том, что не поощряется вы­ражение интенсивных негативных чувств и мыслей в адрес аналитика, а также нарциссический гнев, рассматриваемый как продукт дезинтеграции (см. Deitz 1991). Депрессия понимается как результат горизонтального расщепления (вытеснения) биполярного Грандиозного Я. Особое внима­ние уделяется нарциссическим суицидам, которые соверша­ются под воздействием не чувства вины, а чувства неперено­симой пустоты, «мертвости» или интенсивного стыда (в случае провала эксгибиционистской активности). Нарциссические суициды базируются на потере либидозного катексиса на Я. Р.Менакер понимает нарциссический суицид как пред­почтение умереть для Эго-идеала, чем дать умереть самому Эго-идеалу. Э.Джекобсон (Jacobson Е., 1964) описала нарциссический конфликт как заключающийся в несоот­ветствии ожиданиям Эго-идеала, сопровождающийся сты­дом и самообесцениванием. Разными авторами отмечается, что у нарциссической личности Эго-идеал становится дес­труктивным из-за образов «совершенства» и «всемогущества».

Дж.Лампль-де-Гроот считает, что нарциссические иде­алы имеют императивное качество и переживаются как нар­циссические требования. Погоня за совершенством всегда самодеструктивна. С.Блатт описывает интроективную деп­рессию как связанную с критикой Суперэго из-за неудачи в достижении высоких социальных стандартов, которых тре­буют от себя нарциссические личности. А.Бек различал два вида депрессии: депрессию, связанную с депривацией, и депрессию поражения (недостижения целей). Поскольку поражением, «провалом» для нарциссических личностей является «быть не первым» (Kernberg O.F., 1975), очевидна склонность к депрессии поражения. П.Моллон и Г.Перри (Mollon Р, Parry G., 1984) обратили внимание на то, что «депрессивная тюрьма» является единственной формой за­щиты хрупкого, уязвимого реального нарциссического Я. Вместе с тем зависть и ярость, свойственные нарциссичес­ким личностям, не могут переживаться иначе, чем как без­надежность и беспомощность.

С одной стороны, во многих работах нарциссические ха­рактеристики описываются как фактор риска в отношении аффективной патологии (депрессии). Но также существуют и точки зрения на нарциссических пациентов как на неспо­собных к депрессии. Наиболее последовательно ее отстаива­ет О.Кернберг, подчеркивающий: то, что на поверхности выглядит как депрессия, является гневом и негодованием, нагруженностью мстительными чувствами, а не печалью из- за потери. М.Джесович-Гесич и Дж.Везель утверждают, что при потере объекта нарциссическая личность грустит о по­тере «зеркала», отсутствие восхищения ведет к дисфории и самоненависти. О.Кернберг также считает, что переживается потеря не объекта, а нарциссического обеспечения. Он отме­чает, что нарциссические пациенты не чувствуют грусти в уик-энд, забывают аналитика; в фантазиях нарциссических пациентов аналитик вне анализа «исчезает». Исследователь полагает, что хотя бы незначительно выраженная способ­ность к грусти и депрессии, с элементами чувства вины, яв­ляется благоприятным прогностическим показателем в от­ношении результатов лечения. Критический период в лече­нии нарциссических пациентов характеризуется, по мнению автора, возникновением разрушительного чувства вины за всю предыдущую агрессию в адрес аналитика, за его обесце­нивание и разрушение. Возникает отчаяние из-за плохого об­ращения с аналитиком и всеми значимыми фигурами, кото­рые пациент мог любить и которые любили его. На этом этапе лечения у нарциссических пациентов часто возникают суи­цидальные мысли. При прохождении критического периода они становятся способными к любви, заботе и благодарности.

Х.Сирлс (Searles Я., 1985) отмечал, что неспособность пограничных пациентов (к ним он относит и нарциссичес­ких) к печали следует понимать как защиту. С. Кавалер-Адлер (KavalerAdler S., 1993) также утверждает, что блокирова­ние грусти при пограничном и нарциссическом расстройст­вах личности есть отвержение аффективного опыта интен­сивной преэдиповой травмы. Реальная или воображаемая утрата матери в раннем детстве «запускает» механизмы иде­ализации и фантазийного слияния с ней для защиты от мук любви и одновременно от мук интенсивной вины за детскую ненависть. Интенсивность вины делает воспоминания об ут­раченном объекте непереносимыми и там, где нужна «ра­бота печали», возникает аффективный блок. Кавалер-Адлер комментирует утверждение О.Кернберга о неспособности нарциссических пациентов к депрессии следующим обра­зом. Рассматривая интерпретацию примитивной агрессии как основной вклад аналитика в движение нарциссического па­циента к грусти, О.Кернберг, по мнению Кавалер-Адлер, не уделяет должного внимания созданию поддерживающего окружения для «контейниирования» грусти. Автор с проник­новением описывает страх плача, типичный для нарцисси­чеекой личности. Пациенты с нарциссическим расстройством личности постоянно отвергают страх поглощения собствен­ной болью. Невыплаканные слезы десятилетиями подавляе­мой боли создают бессознательную угрозу «утонуть в собст­венных слезах», поэтому в снах нарциссических пациентов часто присутствует тема утопления. Нарциссические личности испытывают страх постоянного плача в процессе аффекта горя; слезы вызываются ужасом потери объекта фантасти­ческого слияния и одновременно ужасом поглощения тем, с кем желаешь слиться. Кавалер-Адлер подчеркивает необ­ходимость межличностного контакта, чтобы трансформи­ровать бесконечный плач патологической грусти в «работу печали». Поддержка терапевта во внешнем диалоге позволяет продвинуться от структуры защитного слияния к структуре внутреннего диалога. Именно наличием структуры внутрен­него диалога обеспечивается, по мнению исследователя, способность к грусти в отсутствие внешнего объекта. Ини­циация внутреннего диалога через внешний диалог ведет к «разрешению от бремени» аффекта печали.